Виктория Кучерук: от провинциального городка к карьере в Premier
«Мы по природе своей часто сдаемся перед трудностями. Но если эти трудности преодолеть, можно заполучить себе карьеру мечты»

Интервью с креативным продюсером и сценаристом Викторией Кучерук, преподавателем на курсе «Пишем сериал. От заявки до пилота».

— Детство мое прошло в городе Ржеве Тверской области. Но большая часть детских воспоминаний у меня связана с деревней с удивительным названием Добрая. Там жили мои бабушка и дедушка. Их уже давно нет, но я все еще очень люблю туда приезжать, считаю их дом Местом Силы. Кажется, что лучшие идеи посещают меня именно там.

— Я бы хотела рассказать какую-нибудь прикольную историю о том, как я мечтала стать актрисой или космонавтом, но это не так. Все мои мечты о профессии всегда были связаны с писательством. Я не помню, чтобы я мечтала о чем-то другом.

Например, моя мама работала преподавателем в институте, и ей часто дарили конфеты. Я не была сладкоежкой, но очень ждала ее с работы: я мастерила из коробок от конфет ноутбуки и представляла, что пишу книгу. Я, конечно, играла в куклы, но мысли о профессии были связаны с писательством.

И со временем эта мысль просто немножко трансформировалась. Когда я закончила школу, я подумала, что хочу писать не абстрактные книжки, а исторические научные труды. Я решила пойти по стопам мамы-историка. И подала документы в тот же вуз, где училась она, на тот же факультет. Но не поступила. Зачисление в институт происходило по результатам ЕГЭ, и мне не хватило несчастных 4 балла для поступления.

Но, как мы понимаем, — спойлер! — я ни о чем не жалею.

— Сначала случилась не сценаристика. Сначала была… психология.

Мне было принципиально важно учиться на бюджете, потому что я не из богатой семьи, и оплачивать учебу было некому. И, соответственно, я поступала уже по остаточному принципу, куда возьмут. И так я оказалась на факультете психологии.

Но на втором курсе я поняла, что не хочу работать по специальности. Мне было очень сложно воспринимать психологию как науку. Мне была интересна физиология центральной нервной системы, например, но не интересны проблемы, с которыми нам, как будущим психологам, приходилось бы работать.

Тогда я вспомнила о том, что когда-то я хотела писать роман. И оставшееся время в институте я посвятила написанию огромного труда на тему фэнтези, я написала гигантского размера роман, который никому не понравился и не был интересен. Кстати, учебу я все-таки закончила и диплом получила, потому что я считала, что высшее образование — это суперважная вещь.

— У меня случилась любовь. Я переехала в Москву по зову сердца, и мой молодой человек сказал, что я талантлива и могла бы написать пьесу. Но уже тогда я понимала, что для того, чтобы написать пьесу, таланта мало. И я пошла учиться.

Я отучилась на курсах переквалификации в Останкинском университете. Защитилась сценарием документального фильма об Александре Вертинском. Это было клево, такой классный период моего первого знакомства с драматургией.

Я думала, что диплом вуза откроет передо мной все двери, но я очень быстро столкнулась с суровой реальностью: ты не можешь прийти в кинокомпанию, показать диплом — и тебя тут же возьмут. Чтобы устроиться в кино, нужно чуть-чуть больше. Поэтому я бы сказала, что в кино я оказалась чисто случайно.

— Я стала заниматься самообразованием. Очень много писала и параллельно работала в книжном магазине, что позволяло мне читать много книг, много конспектировать.

Но я понимала, что самостоятельное образование мне тоже не дает никакого понимания, как устроен кинорынок. Я из провинции, никого в кино не знаю, только переехала в Москву. У меня ни связей, ни знакомств, ни понимания, как работает кино и что такое сценарист.

И тогда мне очень повезло. Я попала на один из питчингов, где была возможность поработать с редактором в рамках доработки своего проекта. И именно работа с редактором, когда тебя читают и дают обратную связь, стала, наверное, одним из самых важных событий в моей будущей карьере.

Поэтому я совершенно точно могу сказать, что профессия сценариста стоит на трех китах:

• Это образование, потому что академическую драматургию никто не отменял.
• Самообразование, потому что, чем больше вы изучаете сами, чем больше вы стараетесь копать в глубину.
• И третье — это работа с опытным наставником.

И мне повезло, это был человек, который понимал в драматургии, и он мне очень помог. Под его руководством я написала свой первый большой проект, который потом стал открывать мне двери.

— Да, это интересная история. Я защитила свой проект на финальном питчинге. После этого поняла, что мне нужен ВГИК, и поступила в магистратуру. Я считаю, что я молодец. Я закончила магистратуру ВГИКа с красным дипломом, написав диссертацию на тему «Хоррор новой волны».

— Да, это интересная история. Я защитила свой проект на финальном питчинге. После этого поняла, что мне нужен ВГИК, и поступила в магистратуру. Я считаю, что я молодец. Я закончила магистратуру ВГИКа с красным дипломом, написав диссертацию на тему «Хоррор новой волны».

— Да, это правда так. В какой-то момент я поняла, что мне интересна работа редакторов. Мне понравилось, как они суперпрофессионально искали ошибки в чужих работах.

Я попробовала попасть в их команду. Меня никто не взял, потому что у меня не было соответствующего опыта. Но, вы знаете, я такой человек — если мне что-то не дается, я не говорю, ну, не вышло, ладно. Я задаю себе вопрос, что мне нужно сделать, чтобы это получить.

И в этом случае ответ был прост: нужно отучиться на редактора. Так совпало, что как раз тогда «Мосфильм» объявляли набор на редакторский курс. Мастером был Александр Эммануилович Бородянский. Мне всегда очень нравились его сценарии: «Курьер», «Афоня», «Ворошиловский стрелок» — вот эти все абсолютно гениальные картины.

Конкурсный отбор был в три этапа. Мы сначала подавали заявки, потом писали рецензии на фильм «Иди и смотри». Это было невыносимо тяжело, потому что я считаю, что «Иди и смотри» — это один из самых страшных фильмов, когда-либо снятых. И третий этап — собеседование уже напрямую с мастером.

Собеседование на этот курс было самым коротким в моей жизни. Я зашла в кабинет, где сидели мастодонты киноиндустрии и сам Александр Эммануилович. Он на меня посмотрел, сказал: «Мне понравилась твоя работа, иди отсюда». И все.

Так я отучилась еще и на редактора не где-нибудь, а Мосфильме, поэтому я редкий в нашей индустрии дипломированный редактор с соответствующей корочкой.

Я писала сценарии к имиджевым роликам для небольшого тверского продакшена.

Как они на меня вышли? Нас познакомила режиссер, на творческую встречу с которой пошла моя мама. Мама передала мне ее контакт, и я отправила ей свои работы. И она меня свела с ребятами, для которых я писала сценарии роликов за какие-то смешные деньги.

Но то, что мне платили за эту маленькую работу, дало мне осознание того, что ничего в этой жизни нельзя делать бесплатно. Многие начинающие режиссеры, например, считают, что сценарий можно взять на некоммерческой основе. Если вы откроете большинство площадок по поиску творческих сотрудников, там часто ищут начинающих специалистов безвозмездно.

А уже более серьезные заработки случились на работе на дневном эфире ТВ-3. С этих денег я купила себе ноутбук, которым я пользуюсь по сей день, и оплатила себе учебу во ВГИКе.

— Если взять с момента, как я начала учиться, и до тех пор, когда я заработала впервые как сценарист, то прошло 5 лет.

Но я бы не пугалась этих цифр. Потому что сейчас гораздо больше возможностей, чем было у меня. Я девочка из провинции. У меня не было связей, у меня не было какого-то наставника, который мог бы мне объяснить, как все работает, и ускорить этот процесс. Мне приходилось набивать шишки самой и учиться на моих же ошибках.

В какой-то период я и кассиром работала, и товароведом, чтобы иметь возможность что-то кушать.

Сейчас гораздо больше возможностей для нетворкинга, гораздо больше разного обучения, так что этот путь значительно сокращается.

— Очень сложно поддерживать такого человека, который настолько увлечен творчеством, что готов сутками сидеть, изучать основы драматургии, писать сценарии, но при этом не ходить на официальную работу. И меня поддерживала только мама.

Мама — это единственный человек в моей жизни, который всегда в меня верил. Она мне ни разу не сказала: «Вика, может быть, хватит? У тебя, наверное, не получится». Мама искренне радовалась каждой победе в каждом конкурсе. Мне кажется, всему, чего мне удалось добиться, я обязана маме.

Скажу всем родителям: поддерживайте своих детей, давайте им возможность реализовывать свой творческий потенциал, потому что кто знает, вдруг у вашего ребенка есть шанс заниматься любимым делом. Я вот очень люблю свою работу и часто в шутку добавляю, что я больше ничего не умею.

Но при этом большая часть родственников, друзей, наверное, разве что пальцем у виска не крутили. А сейчас, кстати, говорят, что они гордятся, что я не сдалась.

— Каким проектом я особенно горжусь? «Подслушано в Рыбинске». Я считаю, что это абсолютно гениальное произведение, которое написал абсолютно гениальный автор, Иван Баранов. Мне тут даже добавить больше нечего.

Проектов, о которых мне неприятно вспоминать, у меня нет. Потому что, когда ты включаешься в проект, ты пропускаешь его через себя. Он тоже становится в какой-то мере твоим.

И я воспринимаю их как удачные, даже если что-то где-то не получилось. Не все проекты вышли такими, какими они задумывались. Но я горжусь, что все они нашли своего зрителя. Это самое важное, потому что мы делаем кино не для себя, мы делаем его для зрителя. И если проект нашел свою аудиторию, это уже очень круто.

— Это сложный вопрос. Проекты приходят на платформу разными путями. Какие-то отбирает руководство, какие-то — мы. Но все эти проекты рецензируются, а все отобранные — высокого профессионального уровня. Но подробно я об этом не расскажу, потому что это очень долгая дискуссия, очень много информации об этом. Я расскажу об этом студентам на занятиях.

— С сообщения главного редактора платформы. Меня просто пригласили на собеседование и предложили пройти у них тестовые задания.

И мне было очень страшно, я боялась, что не справлюсь, если честно, потому что платформа Premier — это одно из самых крутых мест, в которые можно вообще попасть творческому человеку.

Теперь я последние 4 года работаю там и считаю, что я часть лучшей на свете команды.

— Я думаю, что мне удалось построить карьеру благодаря тому, что я умею учиться. Я часто называю себя вечным студентом, я все время нахожусь в поиске новых знаний.

Например, в какой-то момент я поняла, что большая проблема сценариев — диалоги. И я дважды проходила разные курсы именно по написанию диалогов. Сейчас в проектах, которые я веду на платформе, я часто объясняю авторам, как поправить их диалоги.

Я отдельно училась тому, как разрабатываются именно сериалы. Отдельно — как составляются заявки. Я уже молчу о том, насколько много новых знаний я получаю во время работы над каждым из проектов.

Но я могу брать на себя полную ответственность за то, как складывается моя карьера. Не обошлось без элементов случайности. Если бы я не подала документы на этот питчинг, если бы я не увидела это объявление о наборе на редакторский курс «Мосфильма», мы не знаем, где была бы Вика сейчас.
Здесь сработала совокупность факторов. Это и мое трудолюбие, и доля таланта и везения.

Мне во ВГИКе часто это говорили одногруппники: «Вика, ты прешь как танк». Это правда. Главное — не сдаваться, верить, что все получится, и тогда все получится.

— Я считаю, что сейчас в индустрию попасть намного легче, чем раньше. Раньше было намного меньше киношкол, намного меньше курсов. И мир кино был намного более замкнутый.

Сейчас и люди поменялись. Большинство, с кем мне приходится контактировать в работе, очень открытые. Они готовы и прочитать сценарий, и передать его кому надо.

Плюс еще появилось много государственных программ, которые поддерживают молодых сценаристов. Когда начинала я, не было института развития интернета, не было программы ArtMasters, где я была недавно в жюри на финальном питчинге. И приходилось пробиваться самостоятельно.

Приходилось самостоятельно искать информацию, читать статьи, спрашивать в «Гугле»: «как стать сценаристом», «как продать сценарий» и так далее. Сейчас же киношкола дает наставника.

— Платформы ищут свежие материалы, свежих авторов, это только кажется, что сценаристов так много. Их мало, потому что очень часто люди сдаются. Это проблема не сценаристов, это проблема человеческой природы. То есть мы по природе своей часто сдаемся перед трудностями. Но если эти трудности преодолеть, можно заполучить себе карьеру мечты.

— Потому что часто бывает так, что молодые сценаристы, прочитав несколько книг и прослушав несколько сценарных курсов, думают, что они все знают. Вы ничего не знаете, как бы это громко ни звучало.

Помните, что сценарист — это тот человек, который учится и совершенствуется всю жизнь.

И самый главный совет — смотрите русское кино. Молодые сценаристы часто думают, что если они будут вдохновляться западным кинематографом, то у них все получится. Ребята, у нас свой менталитет, у нас своя киноиндустрия. Вы должны быть в тренде, вы должны понимать, что снимают, почему снимают, как это снимают и как это кино выглядит на экране. Потому что вам работать на российском рынке в первую очередь.

Понятно, что при желании можно попасть и на европейский рынок. Я знаю такие примеры. Но в первую очередь вам работать в России, и вы должны быть ориентированы на российские реалии. Поэтому нужно смотреть кино, сериалы, хотя бы 2-3 серии сезона.