BAND
Close
Напишите нам
WhatsApp

Писательница Анна Старобинец «Если приходится придумывать идею романа, – вы делаете что-то не то»

О пути в литературу

Я родила ребёнка и очень испугалась — показалось, что жизнь моя кончена. Решила вспомнить детскую мечту. Первые полгода жизни моей, сейчас уже 18-летней, дочери я не спала совсем. При том, что это был подарочный ребёнок, который спал по ночам. Днём занималась работой и ребенком, ночью писала фантастические рассказы. Первую книгу написала за 6 месяцев.
Подписаться на полезные материалы, бесплатные лекции и скидки
Для того, чтобы попасть в литературу, нужно сочетание факторов: и хороший текст, и везение. Тогдашняя звезда литературной критики Лев Данилкин случайно наткнулся на мою книжку и открыл её только потому, что она была плохо оформлена (какая-то белая обложка, муравей) — привлекла исключительно с этой точки зрения. И удивился, что текст хороший.

Когда пишешь более-менее кинематографичные истории, к тебе периодически подплывают рыбы мира киноиндустрии разных размеров — от окуньков до акул. Если ты новичок, все предложения такие: отдай всё бесплатно, нужно ещё и приплатить, и что-то случится. Мои первые опыты в кино — неудачные: я не имела рычагов воздействия. Итог на экране выглядел чудовищным поражением.

О романе «Лисьи броды»

«Лисьи броды» я писала три года. Эта книга основана на давнишнем сценарии 20-серийного сериала на ТВ. Был план — снять российскую «Игру престолов»: не сюжетно, а по тому, насколько «дорого-богато» это должно быть. Мы с моим любимым, ныне покойным, мужем Александром Гарросом написали 20 серий. Дальше случилось много всего, телевидение осознало, что такой проект они не снимут. Всё положили на полку на 9 лет. Я уговаривала тех, кто владеет правами, дать мне права на то, чтобы написать роман. И уже от этой точки отсчитываю три года.
Я додумала многие линии, кое-что изменила. Изначально мы планировали писать о 20-х годах в Маньчжурии: интересно, насколько много там встречается культур, этносов. Это территория абсолютного, может случиться всё, что угодно. Но 20-е годы запретили на ТВ. Пояснили, что всю историю с красной армией и белой эмиграцией мы трогать не можем: она болезненная для российского зрителя.
Продюсеры остановились на том, что это будет 1945 год. Эта история про проклятое место, про место, где есть представители каждой политической и этнической страты. С человека слетают все обёртки принадлежности к чему-либо, и он остаётся в чистом виде — человеческая и звериная сущность, которую он проявляет так или иначе.

О писательстве и писательском ступоре

Честно скажу, писательского ступора у меня не бывает. В этом смысле я счастливый человек. Но у меня бывают другие ступоры. Случилось 1 сентября, началась учёба, у меня не было няни: водила ребёнка к 8-30 в школу, вставать надо было в 7 утра, и сам факт пробуждения в 7 вызывал у меня ступор во всех областях, в том числе, и в писательстве. Дни вычеркнуты из жизни.
Одно из правил — при каждой возможности садись и работай. Я умею переключаться с одного вида деятельности на другой. Я знаю людей, которым нужно раскачаться. Это просто другой психотип, другой склад личности. Если бы у меня был такой, я бы не смогла совмещать развозы по кружкам, например, с работой. Я себя никогда не заставляю: если мне не хочется, я пойду на вечеринку, чтобы разгрузить голову.
В последнее время мало читаю для удовольствия. Много читаю для дела — это обычно ужасно интересно: для моих же замыслов изучаю. Сейчас читаю грузинские мифы и сказки, так как есть одна идея для будущей литературной серии young adult 16+. Одна из локаций — Сванетия. Поеду скоро смотреть на местности.

Где искать информацию для книг

Из тех трёх лет, что я работала над романом «Лисьи броды», год ушёл на сбор информации. Я ищу её везде, где я могу. Я ездила в Маньчжурию по всем тем местам, что описаны в романе. Конечно, при всём желании я не могу попасть в 1945 год. Но я общалась с местным населением, брала гидов — работа на местности. Ходила как взрослая в библиотеку — читала древние китайские сказки про лис-оборотней: нигде не нашла, кроме библиотеки.
Общалась с огромным количеством специалистов в разных областях: о том, как была устроена рация в 1945-м году меня консультировал инженер-техник, про оружие тех лет — другой, про субординацию госорганов тех времен — третий. Есть сцена, где лошадь тонет в болоте, — общалась с несколькими биологами (выяснилось, что болота разные бывают) — помню, высчитывала, с какой скоростью в болоте такого типа утонет лошадь примерно такого веса. С какой скоростью, если брыкается, и если стоит спокойно.

Что главное в фантастике

Для любой истории важны четыре составляющие: герой; антигерой; проработанный мир и его правила; структура, архитектура истории. Нужны пять опорных точек — начало истории, середина и финал, и ещё пара точек между началом и серединой, и между серединой и концом.
Большая идея не должна быть вымучена насильно. Идея побуждает к тому, чтобы создать историю. Это семя, из которого вырастает что-то. Я не стремлюсь спасти народы или что-то доносить, учить жизни. Если у вас первые пункты соблюдены, то идея подспудно присутствует. Отлично придуман герой, есть разработанная структура сюжета, красивый или наоборот уродливый мир. Вы же не зря это придумали. Если вы сидите и придумываете идею для романа, — вы что-то не то делаете.
Где водятся мои персонажи? Разберём на примерах. Есть разница между образом и персонажем. Вот образ оборотня: он человек, но превращается в тигра, я продумываю, как он это делает. Его превращение — быстрое короткое умирание. И образы, и фантастические подробности всех моих рассказов и романов падают мне сами в голову. Я счастливым образом получаю их совершенно ни за что, и можно ещё повыбирать.
Оборотень — человек-тигр, давно утративший душу. Как он себя ведёт? Какая у него предыстория? Какие триггеры? Когда-то же у него была душа, мы же должны даже к отрицательному персонажу испытывать эмпатию. Всё это я ворую из жизни.
Придумать личность с нуля из головы — обречь персонажа на картонность. Обычно мой персонаж — сборная солянка из вполне реальных людей: от одного беру пластику, мимику, от второго — проявления характера, от третьего — убеждения, мрачное прошлое. Это дорабатываю, перекручиваю.
Когда я сочиняю истории, я всё ярко представляю, буквально как кино. Я не могу представить, что я скрутила персонажей из каких-то винтиков, в этом должна быть реальность. Источником образа может быть ребёнок, с которым я ходила в детский сад. Я беру какую-то черту, на неё нарастает мясо.
Мечтаете стать писателем?
Учитесь у лучших современных авторов – Гузель Яхина, Галина Юзефович, Алексей Иванов, Линор Горалик и других.
В школе БЭНД более 20 программ для авторов с разными запросами и разным уровнем опыта: нужны оригинальные посты для блога и нативный сторителлинг? Хотите написать серию рассказов и опубликовать их в толстом журнале? Всегда мечтали о крупной форме – романе или детской книге? BAND поможет найти свой уникальный авторский голос и выйти на писательскую орбиту.